"Санта-Барбара". Компиляция. Книги 1-12 (СИ)

Он рассерженно воскликнул:
— Потому, что я не похищал Августу!
София укоризненно покачала головой:
— Слава Богу, ты хоть это признаешь. Но это ничего не меняет. Именно ты виноват в том, что Лайонелл оказался сейчас в безвыходной ситуации. Именно ты отнял у него состояние и даже дом. Посмотри, как он живет. Неужели ты думаешь, что приятно целыми годами жить на яхте, болтаясь на волнах? С тех пор, как ты разорил его, он так и не смог подняться. Все его новые проекты и начинания рушатся, еще не успев зародиться. И к этому, между прочим, прикладываешь руку ты. Именно благодаря тебе Локриджу везде отказывают в кредитах. Он не может рассчитывать ни на что. Он оказался совершенно беспомощным в этой ситуации. Между прочим, ты разорил его из‑за какой‑то мелкой обиды. Ты просто хотел отомстить. Тебе не нужны были его капиталы. Ты и так достаточно богат. Однако, тебе так не терпелось доказать ему свое превосходство, что в результате он оказался на краю пропасти. Вот как обстоят дела, какие бы чувства ты ни испытывал по этому поводу. Я не собираюсь тебе лгать только потому, что нас связывают близкие отношения. Я уже сказала тебе, что, если ты не поможешь Локриджу, тебя ожидают большие неприятности и, в первую очередь, с моей стороны.
  
СиСи подавленно умолк. Наконец, он поднял голову и с кислой миной взглянул на Софию.
— Ну, что? — грозно сказала она. — До чего ты додумался?
Ченнинг–старший шумно вздохнул:
— Я еще пока ни до чего не додумался. Просто поймал себя на мысли о том, что ты рассуждаешь в точности, как Иден.
София уже немного успокоилась:
— А что значит — я рассуждаю, как Иден? По–твоему, это плохо?
Он не выдержал испытующего взгляда ее глаз и снова опустил голову.
— Она сказала то же самое. Она страшно расстроена тем, что я все отобрал у Локриджа. Правда, мне трудно сказать, чем объясняется такая симпатия моей дочери к Лайонеллу. Я ее к этому не приучал.
София разочарованно покачала головой:
— Ну, что ж, если ты не прислушиваешься к моим словам, то, может, тебя хоть в чем‑то сможет убедить Иден? Наверно, мне пора обратиться к ней, пока еще не поздно. И, вообще, перестань стучать пальцами, меня это раздражает.
СиСи тут же утих. Затем, тяжело вздохнув, он встал из‑за стола и, подойдя к Софии, обнял ее сзади за плечи.
— София, — доверительно сказал он, — тебе не стоит так обижаться на меня. Ведь я еще не сделал ничего дурного. Да, Лайонелл ушел, но это еще не означает, что я окончательно решил этот вопрос.
Она задумчиво смотрела в окно.
— Ты хочешь сказать, что у Лайонелла еще остаются какие‑то шансы? — в ее голосе слышалась надежда.
СиСи немного помолчал.
— Думаю, что мне придется послушаться тебя и Иден, — наконец сказал он, — слишком уж вы настойчивы.
— Ты поступаешь так только из‑за нашей настойчивости?
— СиСи нежно провел рукой по ее волосам. — Дорогая, я не ищу оправданий для себя, но когда я понял, что все потерял — я имею в виду тебя — мне захотелось отнять у него все. При одной мысли, что он уводит тебя у меня, я просто бесился.
София мягко возразила:
— Это были простые ухаживания с его стороны. Я ведь ничем на них не отвечала. Почему ты так бесился? Да и, кроме того, ведь мы расстались с тобой не но моей воле, все должно было быть по–другому.
СиСи принялся объяснять, тщательно подбирая слова:
— Наверное, это произошло потому, что я слишком любил тебя. Да, я не мог простить тебе гибели Ченнинга–младшего, но это было только поводом. Наверное, я все‑таки излишне ревновал тебя. Ты значишь для меня очень много, но только теперь я осознал, что это такое — жить без тебя. Наверное, я зашел слишком далеко. Наверное…
Она обернулась к нему и, прослезившись, сказала:
— Никогда бы не подумала, что ты можешь быть гадким. Честное слово, я уже и не надеялась услышать из твоих уст такие слова. Все‑таки нам с тобой нужно быть имеете. Иначе ты можешь наделать еще немало глупостей.
Он грустно усмехнулся:
— Знаешь, я в последнее время много думаю о своей жизни. О том, что было раньше, о том, что происходит сейчас и о том, что будет с нами в будущем. У нас с тобой было очень много разного. Честно говоря, о многом мне сейчас даже не хочется вспоминать…
Он немного помолчал.
— Да, если бы Келли была здорова, я бы достиг всего, о чем мечтал. Я сделаю все, что ты хочешь, София, все.
Лицо ее прояснилось:
— Ты дашь ему эти деньги?
СиСи кивнул. София мгновенно забыла о том, как еще несколько минут назад она отчитывала СиСи за его нежелание помочь Локриджу. Она с нежностью погладила его по щеке и прочувствованно сказала:
— Знаешь, я и не надеялась, что ты так быстро согласишься. Но, похоже, ты действительно любишь меня, и я могу ответить тебе только тем же. Я тебя очень люблю и с каждым днем это чувство становится все сильнее и сильнее.
Словно в подтверждение этих слов она притянула его к себе и поцеловала.
Круз остановил машину рядом с домом Кэпвеллов:
— Если бы ты знала. Иден, как мне не хочется расставаться с тобой, — с грустью произнес он. — Наверное, этот день был одним из счастливейших в моей жизни. Мы наконец‑то смогли сказать друг другу все. Я так давно мечтал о времени, когда мы сможем встретиться и просто поговорить наедине, когда никто вокруг не бросает на нас осуждающих взглядов.
Иден сглотнула слезу:
— Я думаю, что мы этого заслужили. Вряд ли есть в этом городе хотя бы еще одна пара, которая заслужила бы этого больше.
Круз помолчал:
— Мне очень жаль, что мы не смогли сделать этого раньше. Думаю, что тогда в нашей жизни многое изменилось бы. Не знаю, как долго придется ждать, пока мы сможем стать мужем и женой, но я верю, что это время уже близко. Я сделаю все, чтобы поскорее вернуться к тебе.
Иден сидела, низко опустив голову, по щекам ее стекали слезы:
— Круз, может быть, тебе не стоит торопиться. Сначала разберись с Брэндоном и Сантаной. Тебе нужно позаботиться о том, чтобы у мальчика было будущее. А Сантана… Я не знаю…
Круз тяжело вздохнул:
— Да, мне придется еще о многом позаботиться. Но ты должна знать, что я каждую минуту, каждую секунду думаю только о тебе. Я очень люблю тебя и верю, что мы будем счастливы вдвоем. Меня не пугают никакие препятствия.
Она почувствовала, что слезы совершенно душат ее, и, чтобы не разрыдаться, торопливо приложилась губами к его щеке и выскочила из машины:
— Пока, Круз, мне пора.
Ему оставалось лишь глазами проводить свою возлюбленную, быстро направляющуюся по дорожке к дому. Настроение его нельзя было назвать блестящим. Странно — этот день не принес Крузу ничего, кроме удовлетворения. Однако, возвращаясь домой, он чувствовал себя все‑таки каким‑то уставшим и неудовлетворенным. В глубине души он понимал, почему так происходит — слишком много проблем оставалось у него с Брэндоном и Сантаной. И если за судьбу мальчика он волновался уже значительно меньше, то о том, что будет с Сантаной, Круз мог только предполагать. А такая неопределенность, как известно, всегда заставляет нервничать и сомневаться. Он не сомневался в Иден, он знал, что она будет преданно ждать его, как бы долго ей ни пришлось это делать. Он опасался за себя: сможет ли он, хватит ли у него сил, как быстро закончится вся эта история?
Разумеется, ему не хотелось заставлять Иден ждать. Однако другого выхода не оставалось — он должен быть верен своему слову…
Занятый этими не слишком веселыми мыслями Круз и не заметил, как подъехал к собственному дому. Он также не обратил внимания на то, что неподалеку припаркован полицейский автомобиль. Выйдя из машины, он медленно направился к двери и лишь тут остановился и сообразил, что что‑то не так. Дверь была приоткрыта и сквозь щель на улицу падала тонкая полоска света.
  
В доме кто‑то был! Это не могли быть ни Роза, ни Сантана, ни кто‑то еще из его близких. Неужели в дом проникли преступники? Осторожно, чтобы не спугнуть предполагаемых злоумышленников, Круз вернулся к машине и достал из‑под сидения револьвер. Спустя несколько мгновений он уже стоял на крыльце, прижавшись к дверному косяку, и задавал себе мысленный отсчет: один, два, три.