"Фантастика 2025-108". Компиляция. Книги 1-28 (СИ)
В ярости стиснул зубы и до боли сжал кулаки. Дико захотелось что-нибудь сломать, а еще лучше — удавить голыми руками одного конкретного десятника. Все это, похоже, отчетливо отразилось на моем лице.
— Что стряслось? — сразу напрягся Кент.
Мы сидели за столом в его небольшой квартирке, обсуждая планы на будущее, и вдруг это послание. Всегда чувствовал, что Викт — мерзавец, но не знал, что настолько.
— Ларика нашлась, — процедил сквозь зубы.
— Где? — наставник уже понял, что радоваться нечему.
— У Викта.
— Морского ежа ему в мошонку! С нами не справился — с девками воевать принялся⁈
— Похоже на то, — прорычал я, глядя перед собой.
— Когда выдвигаемся? — он поднялся из-за стола.
Кент, чьими стараниями меня, Дмитрия Михайловича Пруткина, забросило в Рубежье, до недавнего времени был моим наставником. Хотя, почему — был? Он хоть и считает, что передал все свои навыки, на самом деле у бывшего боцмана еще мне учиться и учиться. С ним мы прошли через многие тяготы и не раз вверяли друг другу жизнь.
И все же в тот момент, когда узнал, кто являлся причиной моего появления в здешнем мире, оч-ч-чень хотел его прикончить. Однако тут же нашлись другие желающие: заявился наемный убийца Викт и прямо на моих глазах быстро и легко расправился с Кентом на так называемой дуэли.
Учитывая, что Кент имел ранг воина и не перешел двадцать пятую ступень в развитии, а Викт не первый день являлся десятником, перешагнувшим полсотни ступеней, их дуэль ничем не отличалась от убийства. Наставник сразу сказал, что у него абсолютно нет шансов, а Викта он вызвал лишь для того, чтобы уберечь от этой участи меня. Тогда я едва достиг десятой ступени, будучи всего лишь в ранге ополченца. О моих шансах и речи не шло…
И все же просто смотреть на наглую рожу убийцы своего наставника я не смог и совершил, наверное, самую большую глупость в новом мире, вызвав негодяя на поединок. И при… даже не нулевых, а отрицательных шансах лишил Викта возрождения, одержав победу.
Увы, стадий возрождения у него оказалось не одна и не две, да и мстительность, как выяснилось, развита до гипертрофированных размеров. И вот теперь он взялся за моих друзей.
— Кент, знаешь, где находится Гринск? — постарался скорее загасить пламя ярости, поскольку сейчас она точно не поможет.
— На границе Беспределья.
— А это еще что за хрень⁈
— Место, куда ссылают отпетых рецидивистов.
— Там жить, видимо, совсем худо?
— Худо жить в Рубежье, а там даже выжить далеко не у всех получается. В тех краях всего два города, но даже в них возможно появление пришельцев.
— Значит, придется этой сволочи слать деньги. Грозится отвезти Ларику в леса Беспределья.
— Какие еще деньги?
Я озвучил издевательское письмо десятника. Кент внимательно выслушал, снова присел за стол:
— Не спеши, Дмилыч. Если сразу отправишь упсы, Викт сообразит, что пленница тебе по-настоящему дорога и начнет требовать все больше и больше.
— И что делать? — спросил я, прекрасно понимая правоту наставника. От Викта действительно следовало ожидать худшего.
— А сам как думаешь? — Кент хотел заставить меня самого побыстрее соображать, чтобы вывести из шокового состояния.
Подключил мозги и принялся рассуждать вслух:
— Десятник — беспринципный мерзавец, которому для достижения цели сгодятся любые средства. Он нащупал мои слабые места и теперь лупит по ним, пытаясь заставить плясать под свою дудку. Если пойду у него на поводу, можно сразу ставить крест и на мне, и на Ларике.
— Слова не мальчика, но мужа, зарази тебя русалка! — усмехнулся наставник. — И каков выход?
— Надо бы в противовес найти его болевые точки и поставить уже свои условия. Ты знаешь хотя бы одну слабину этого гада?
— Как я говорил, Викт очень дорожил своим оружием. Люди для него — ничто, но хороший ствол… — Кент выразительно хмыкнул.
— Почему бы не попробовать?
Я начал составлять ответ:
«Рад, что помнишь обо мне, Викт. Мало того, проявляешь заботу о моих знакомых. Даже расщедрился девушку в гости пригласить, крышу ей предоставить. Видать, не до конца душа очерствела. Одного понять не могу: неужто ты Ларику во дворце принимаешь и потчуешь омарами, фаршированными мраморной говядиной? Так это уже явный перебор. Еще привыкнет, и как ей потом жить без твоих щедрот? А может ее и вовсе у тебя нет, просто желаешь с простачка стрясти деньги? Так я вроде в лохи не записывался, да и подаяния нищим раздавать не нанимался. В общем, поступим так: сначала я должен убедиться в том, что девушка действительно у тебя в гостях, а затем и сумму оговорим. Да, все забываю спросить: тебе маузер еще нужен, или могу выбросить?»
Прежде, чем отправить послание по адресу, озвучил его Кенту.
— А не слишком? — засомневался он.
— Мне кажется, в самый раз. Думаю, послание остановилось на грани, перейдя которую Викт сразу определит блеф, а не добравшись — решит, что я согласен на его условия.
— Рисковый ты мужик, — покачал голой бывший боцман. — А вдруг десятник, девятым валом ему по сусалам, не так сильно привязан к своему пистолету, как мне кажется?
Подобного изречения в исполнении Кента я еще не слыхал, оно мне понравилось.
— Тогда будем надеяться на мощь девятого вала и хлипкость сусал десятника.
— Отправляй весточку, скоро все узнаем.
Ответ поступил лишь через десять минут:
«Мой маузер стоит десяти таких баб, как твоя подружка — охотно обменяю, но сперва напиши номер моего оружия».
На пистолете можно было различить лишь две сохранившиеся цифры, остальные были чем-то покорёжены до неузнаваемости.
— А вот сейчас отвечать не спеши, — посоветовал Кент. — Дескать, ты занят более важными делами и не можешь сразу от них оторваться.
Две сохранившиеся восьмерки отослал ему лишь через пять минут. Заодно и срезал сумму дневного содержания Ларики до трех тысячи упсов, но опять же, с оплатой лишь после того, как она сама подтвердит свой гостевой статус.
«Хочешь получить девку живой — будешь платить по пять тысяч в сутки. Я ведь могу и к другому оружию привыкнуть».
«Ты так легко предашь боевого друга?»
И тут его прорвало:
«Не наглей сверх меры, Дмилыч! Сейчас ты наплел столько, что я лишь за это должен прикончить тебя, не считая всего, что было меж нами ранее. За маузер отвечаешь лично. Хоть царапина на нем новая появится — умрешь в жутких муках, обещаю. Сейчас получишь пару слов от девки, и сразу шли пять штук. Все, конец торгов, не на базаре!»
Через минуту Ларика снова вступила в отряд и категорически запретила ее спасать, иначе мы погибнем.
На счет Викта отправились пять тысяч.
— До Гринска поезд ходит? — спросил наставника, закончив выматывающие душу переговоры.
— Ближайшая станция в пятнадцати километрах, затем можно дождаться караван с преступниками, который раз в месяц по окружной дороге ходит. Но это — не наш вариант. Лучше лесом по прямой.
— Когда наш поезд?
— Погоди ты с поездом, нам еще ствол нормальный тебе подобрать нужно.
— А чем глок не угодил?
— Из него сложно завалить матерого пришельца, а возле Гринска они рыщут стадами.
На матерых пришельцев я насмотрелся во время перехода по Хрустальной равнине. Этих действительно сложно было убить, разве что из крупнокалиберного пулемета или пушки, каковые в Рубежье не продавались.
Как там написал ведун: не верь, что пути дальше нет, но и не думай, что он станет легче? Он что, знал о предстоящей дороге в Беспределье и о необходимости спасать другую девушку? Причем, не тихо спящую в безопасном месте, а… Да, если Рулс и ошибся, то не особо.
— Идем в оружейный магазин?
— И не только туда. Нужно еще в алхимическую лавку заглянуть. Без усиливающих и восстанавливающих зелий к Беспределью лучше на пушечный выстрел не подходить.
Туда мы первым делом и зашли, оказавшись на западной окраине города. Кент принялся изучать ассортимент, а меня своей надписью привлек небольшой прилавок «Аптекарские препараты», находившийся в дальнем углу помещения.