"Фантастика 2025-76". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)

— Все назад! — крикнул я.
Андрей возился над замком и словно вообще не замечал ничего вокруг себя.
— Николаев, что вы хотите сделать…
Но голос Шереметевой утонул в шуме позади меня.
— Он не в себе, — тихо пояснил я, подкрадываясь к кузену и параллельно возводя пятиэлементный защитный купол вокруг него. Самый крепкий, какой можно было связать. — Его организм поддался силе Искажения. Хорошая новость — Андрей позитивно чувствителен к этой силе и может с ней работать. Плохая — сейчас его тело требует больше аномальной энергии. Но давать ему ее нельзя. Сейчас он как зомби — все его рефлексы работают только на то, чтобы найти и заполучить силу.
  
— Но это же погубит его! — воскликнул Сумароков.
— Верно. Поэтому сейчас я отниму у ребенка любимую игрушку. Приготовьтесь к истерике.
Шереметева бросила на меня быстрый взгляд, явно оценивая ситуацию. Её лицо оставалось напряженным, и пожалуй впервые я увидел, что она испугалась по-настоящему.
— Вы точно знаете, что делаете, Николаев? Может, если дать ему эту небольшую дозу, он…
— Нельзя. Сейчас это опасно не только для него, но и для нас. Оставайтесь позади меня и прикройте.
— Хорошо. Я помогу с подпиткой барьера, — кивнула начальница.
Больше всего меня сейчас беспокоило то, что Андрей каким-то непостижимым образом сразу обрел способность связывать силу Искажения в боевые заклинания. Вот это было реально опасно, тем более пока он оставался в стадии ломки.
Поэтому такой плотный барьер. Поэтому мне придется действовать жестко, если не жестоко. И да простит меня дядюшка Федор Николаевич за все, что я сделаю с его сыном.
Я сделал шаг вперёд, стараясь не вызвать подозрения у Андрея. Он был на грани, и любой неверный шаг мог усугубить ситуацию. Я вспомнил те моменты в начале послушничества в Ордене, когда сам был близок к подобному состоянию. Искажения захватывали меня изнутри, как вирус, проникающий в кровь. Андрей сейчас был в том же положении — он не мог сопротивляться — его тело уже приняло эту энергию. Но битва только началась.
— Андрей! — окликнул я его, пытаясь привлечь его внимание. — Короб заперт, ты не сможешь достать артефакт. Попробуй сопротивляться тяге.
Он повернулся ко мне, и сейчас в его горящих глазах почти не осталось ничего человеческого. Только жажда. И ярость.
— Ты не понимаешь! — прорычал он, сжимая короб. — Мне нужно это. Без этого… я не выживу!
— Выживешь как миленький, — улыбнулся я. — Это всего лишь побочный эффект, ты можешь его преодолеть. А я тебе помогу. Быстро. Положи. Короб.
Андрей задыхался, его грудь судорожно поднималась и опускалась. Он явно боролся с собой, но его воля была на пределе.
— Я… Я не могу… — на миг передо мной предстал настоящий Андрей. — Леша, это… Невыносимо. Оно сильнее меня. Я никогда…
Конечно, он никогда такого не испытывал. Но если пройдет это испытание, дальше справится с чем угодно.
Но он снова схватил коробку и долбанул по ней мощным зарядом. Металл каким-то чудом выдержал — эти штуки явно могли пережить апокалипсис. Андрей ударил по коробу снова — мощным сгустком чистой энергии Искажения. Амальгама частично нейтрализовала заряд, но я все равно порадовался, что возвел барьер — до остальных не долетит.
— Все. Остановись. Давай, Андрей, ты должен сделать это сам. Пересиль себя. Это самое важное. Моя сестра прошла через это и победила. Ты тем более справишься.
Я говорил с ним, подбираясь все ближе и ближе. Теперь между нами оставался всего шаг, но кузен инстинктивно отпрянул, когда я приблизился.
— Оно такое сильное…
— Знаю.
— Прости, Леш…
Андрей сжал зубы и резко поднял руку, явно собираясь вновь ударить заклинанием. Его пальцы светились темно-зеленым, но в этот раз я не мог позволить ему атаковать. Не раздумывая, я метнулся вперёд, вложив всю свою силу в защитный барьер, чтобы закрыть его атаку. Заклинание столкнулось с моим щитом, и я почувствовал, как оно отразилось, дрогнув и рассыпавшись в воздухе. Я тут же поглотил остатки.
— Борись, чтоб тебя! — взревел я. — Великий князь ты или кто? Ты не имеешь права сдаваться!
Он посмотрел на меня, и в его взгляде я снова увидел вспышку осознания — на миг, всего лишь на миг, на меня снова смотрел прежний Андрей. Но этот проблеск был слишком коротким. Искажение побеждало. Он поднял руку и снова попытался атаковать.
— Николаев, осторожно! — воскликнула Шереметева.
Андрей снова кинулся вперёд, но я был уже готов. С моих пальцев сорвалась сеть и обрушилась на кузена, связывая его движения. Не ожидав подобного, он потерял равновесие и рухнул на колени, яростно рыча. Я видел, как его тело дрожало от напряжения, но магические узы были слишком сильны.
Я подошёл ближе к Андрею, присел рядом с ним. Он смотрел на меня дикими глазами, но его тело всё ещё было скованным, и я немного усилил заклинание.
— Я не смогу, — прохрипел он. — Лучше просто убей.
— Чтобы мир лишился двух магов Искажений? Это слишком расточительно, тебе не кажется?
Я наклонился ближе и, чувствуя, что времени у нас мало, решился на то, что могло показаться окружающим безрассудным. На глазах у Андрея я пододвинул короб из амальгамы и обернулся к Шереметевой.
— У кого ключ?
— У меня, — отозвался Сумароков.
— Бросьте мне.
— Николаев, что вы задумали? Ему нельзя контактировать…
— Он и не будет контактировать. Дайте ключ.
Сумароков вопросительно взглянул на Шереметеву. Та колебалась, но кивнула. Я поймал на лету брошенный ключ и быстро вскрыл замок.
— Ты еще смеешь меня истязать? — Пальцы Андрея вцепились в магические путы. — Будешь дразнить?
— Не дразнить. Мне нужно, чтобы ты переборол тягу. Я открою коробку, артефакт будет в доступе. Но ты должен пересилить себя и уничтожить его. Ты знаешь, как.
Андрей смотрел на меня со смесью непонимания и ужаса.
— У меня не выйдет…
— Отставить нытье. Вперед.
Я снял заклинание пут. Андрей к этому моменту немного успокоился — жажда все еще бурлила в нем, но он хотя бы мог мыслить. Андрей на мгновение замер, его взгляд был прикован ко мне. Я видел, как его дыхание замедлилось.
— Ты ведь проходил через это, да? — Он поднял на меня глаза. — Поэтому ты так уверен?
Я молча кивнул.
— Давай, Андрей. Я подстрахую. Все получится.
Сняв замок, я медленно поднял крышку короба — все не переставая следить за кузеном. Когда он увидел артефакт — кусочек брусчатки, явно с Петропавловки — в его глазах снова вспыхнула жажда. Он инстинктивно потянул руку, но я пододвинул короб ближе к себе.
— Тихо, не торопись. Позволь себе оказаться в поле этого излучения. Привыкли к нему.
Мне на ум пришел дурацкий случай из жизни. Один из наших бойцов в ордене долгое время курил и все никак не мог бросить. Его зависимость от какой-то высушенной травы оказалась сильнее, чем от Искажения. Так бывает. Однажды старина Мелеус решил поставить точку в своем пагубном пристрастии. Но способ он выбрал немного странный.
Он клал перед собой раскрытый портсигар и таращился на него каждый раз, когда испытывал тягу. Мог сидеть часами, если позволяло время — гипнотизировал самокрутки взглядом до тех пор, пока не надоедало. Мелеус утверждал, что так он брал свою зависимость под контроль. А потом в один прекрасный день просто взял и выкинул этот портсигар в реку — и дело с концом. Но морально готовился он несколько месяцев.
У нас нескольких месяцев не было, но Андрею следовало немного задержаться в этом состоянии.
— Ну как?
— Тянет, — отозвался кузен. Его руки задрожали, и он стиснул пальцы в кулаки. — Сильно тянет… Кошмар какой-то.
  
— Продолжай. Просто смотри. Пока сознание не успокоится, и пока эта жажда не отойдет на задний план.
— Николаев, что вы с ним делаете? — Воскликнул Сумароков.
— Учу с этим жить. Эта жажда больше никогда его не отпустит, и он всегда будет тянуться к аномальной силе. Но он сможет контролировать эту тягу.