Локи. Дилогия (СИ)
Как водится, Беклемишева заметила гораздо больше меня, поэтому сразу после завершения тренировки озвучила свой вердикт:
- В общем, достаточно неплохо. Да, твои рефлексы заточены под взаимодействие боевых кораблей, но при небольшой доводке привычка действовать не на плоскости, а в объеме превратится из минуса в очень большой плюс. Программу по этой части боевой подготовки тебе распишет Локи. Он же доведет и стандартное место в боевом ордере. Со стрельбой пока все, поэтому чистим оружие и выдвигаемся в медблок. В смысле, ты и я. А Фрейя отправится укладываться в УТК и продолжит заниматься по своей программе.
По своей программе я занималась до половины третьего, и все это время проторчала на третьей карте с пятым уровнем сложности. Да, в группе с Логачевым и Беклемишевой я обычно забиралась значительно «выше», но там работала на пределе своих возможностей и частенько допускала обидные ошибки. А уровень 3/5 позволял предельно добросовестно доводить до ума «проседающие» навыки и в то же время не давал возможности расслабляться. Вот я и не расслаблялась. Поэтому «набегалась» и настрелялась до звездочек в глазах, зато из капсулы вылезла довольной до безобразия. И, быстренько смыв с себя остатки контактного геля, отправила в чат группы сообщение о том, что моя самоподготовка уже закончена.
Через несколько секунд прилетело сразу два ответа. Локи сообщал, что князь Мещерский прибудет к трем часам, и определил желательную форму одежды. А Панацея вызвала в гардеробную. Надо ли говорить, что я, толком не досушив волосы, выскочила из кабинки и помчалась к лифту?
- Как видишь, для Даши ты уже не чужая… - при виде меня выдала Панацея и жестом показала на манекен с одеждой.
Сообразив, что она продолжает воспитывать Телепневу, я кинула в ближайшее кресло сбрую с оружием, поймала трусики, брошенные Беклемишевой, и походя пожала плечами:
- А что, были сомнения? Раз Ульяна в команде, значит, она своя.
- Девчат, в реальной жизни, кроме черного и белого, есть еще и полутона.
- Самые важные чувства абсолютны! – авторитетно заявила Забава. – Ярику и Даше я верю, как самой себе, соответственно, для общения с ними мне за глаза хватает белого. Нашей жажде мести людоловам достаточно черного. А на мир, который за стенами этого особняка, вообще наплевать.
- Ну да! – поддержала ее я. – Мы, как и большинство нормальных порубежников, постоянно ходим под смертью, поэтому живем текущим мгновением и не размениваем тепло душ на всякую ерунду. Говоря иными словами, если те, кто жаждет до нас достучаться, не стараются стать белыми, то отправляются в черный список. Кстати, путь мести, на который ты вступила, это дорога в один конец. И может прерваться в любую секунду. Следовательно, имеет смысл напрочь забыть обо всем второстепенном и наслаждаться общением с теми, кто по-настоящему дорог.
- А если таких нет? – еле слышно выдохнула она.
- Наслаждайся общением с нами. Мы не разочаруем.
После этих слов Телепнева ушла в себя. Минут на пять-семь. Мы с Забавой ей не мешали – я одевалась, обувалась, затягивала ремни с оружием и собирала волосы в два несерьезных хвостика, а любимая подруга добросовестно ассистировала. А когда мой внешний вид стал соответствовать придуманному образу, и мы развернули голографическое «зеркало» во всю дальнюю стену, Ульяна вернулась в реальность и задумчиво переспросила:
- Значит, жить вами, забыть про полутона и наплевать на все, что мельче поставленной цели?
Мы утвердительно кивнули.
- Тогда начну прямо сейчас. С заказа подходящего парика. А то мои волосы в хвостики не соберешь…
…Фраза Локи «Вот теперь в твоих глазах появилась жизнь!», сказанная Телепневой за пару минут до прилета товарища главы ИСБ, подействовала, как наркотик – у нее заблестели глаза, поднялось настроение и проснулось чувство юмора. Так что к моменту появления князя в нашей гостиной она была «хорошенькой» безо всякого спиртного. Правда, услышав от Забавы, что «Триарий» Мещерского уже в ангаре, ощутимо напряглась, но нарвалась на очередной совет. На этот раз от меня:
- Ульян, все, что было в прошлом, там и осталось. А в настоящем есть только мы и белый цвет.
Услышала. Заметно приободрилась. И весьма достойно отреагировала на изумленный взгляд нашего гостя. Впрочем, он и сам чувствовал себя не в своей тарелке – поздоровался хоть и учтиво, но без прежнего задора, садиться в предложенное кресло отказался и сразу же начал извиняться. В связи с присутствием «посторонней» говорил иносказательно, но предельно понятно и не вилял хвостом. В смысле, взял всю вину на себя, дал слово, что подобное больше не повторится, попросил не держать на него зла и в качестве моральной компенсации скинул Локи какой-то пакет данных.
Сдавать свои источники информации мы, естественно, не стали, поэтому выпытали из него все подробности «проблемы», заявили, что справедливое наказание Елагина искупает вину его начальника, и предложили с нами отобедать. К сожалению, Мещерский отказался, сказав, что торопится на какое-то совещание. Но пообещал заглянуть в ближайшие же дни. И сразу же попятился к выходу.
Провожали его всей толпой. А в лифте сподобились раскрыть страшную тайну – сообщили, что в нашей команде прибавление, и представили Ульяну в новом качестве. Нашу троицу ответ Константина Германовича приятно порадовал, так как косвенно подтвердил рассказ Белкиной, а Телепневой согрел напрочь истерзанную душу:
- Ярослав Викторович, вы опять сделали исключительно удачный выбор – Ульяна Всеволодовна не только великолепный пилот, но и Личность, достойная глубочайшего уважения!
Первые несколько минут после отлета Мещерского Ярик, как обычно, проторчал в системе. А когда убедился, что гость не оставил в доме ни одного, даже самого завалящего, микродрона, вернулся в реальность, несколько мгновений задумчиво смотрел сквозь нас, а затем «сокрушенно» вздохнул:
- Ну вот, как всегда – вы придумали умопомрачительные образы, воплотили их в реальности, навели красоту и настроились на потрясающий вечер, а гость, который должен был радовать вас восхищенными взглядами как минимум до заката, бессовестно улетел!
- Угу! – жалобно поддакнула Забава. – Мы расстроены до невозможности и жаждем хоть какой-нибудь компенсации!
- У нас совершенно неожиданно образовался свободный вечер. Значит, будет вам компенсация! – пообещал он, сделал небольшую паузу и хищно усмехнулся: – У вас полчаса на смену образа. Требуемый описывается фразой «Боевая группа порубежников в поиске приключений на чужие задницы».
- Ты уверен?! – как обычно, услышав в его словах в разы больше, чем я, прищурилась Панацея. А когда он кивнул, вдруг расплылась в плотоядной улыбке и воинственно взмахнула рукой: - Приказ получен, переодеваться бего-о-ом марш!!!
Вот мы и рванули. А через пару минут, оказавшись все в той же гардеробной, с интересом выслушали краткий перевод всего вышесказанного на нормальный язык:
- Локи в боевом режиме. Значит, задумал что-то убойное. Расспрашивать, что именно, бессмысленно – не скажет. Но «сюрприз», вне всякого сомнения, будет неожиданным, жестким и правильным. В общем, я в деле!
- Мы в деле! – уточнила я. Потом сообразила, что с появлением в команде Ульяны бездумно использовать это местоимение стало несколько некорректно, и вопросительно уставилась на новенькую.
Телепнева не разочаровала:
- Я с вами. Только объясните, как себя вести.
Беклемишева весело хихикнула:
- Сколько себя помню, нам с Яриком хватало трех правил: «Локи всегда прав», «Пока я жива – его спина прикрыта» и «Плевать на последствия».
- И часто дрались? – спросила Ульяна.
- Первые лет шесть-семь – каждый божий день. Потом доказали, что нашу парочку лучше не задевать, и перешли на режим пара-тройка серьезных драк в месяц. А после того, как Ярослав вызвал на поединок и показательно изувечил троюродного дядьку, по пьяни ущипнувшего меня за грудь, цепляться к нам практически перестали.
- Что ж, «Вы всегда правы», «Пока я жива, ваши спины прикрыты» и «Плевать на последствия»! – твердо сказала Телепнева. – А теперь рассказывай, что это за образ.