Старший дознаватель (СИ)
В таком минорном настроении я даже не сразу среагировал на яркое мигание фар в боковом зеркале (заднее стекло «Ниссана» практически сразу после очистки щеткой на стоянке, завалило снегом и через него я видел лишь мутные пятна вечерних огней). Огромный темный джип коротко мигал мне фарами, уступая дорогу. Я благодарно мотнул головой, даже не думая о том, что меня водитель джипа видеть не может и выкатился из полосы, а черная махина, коротко рыкнув, пристроилась мне в корму. Второй ряд шел достаточно ходко, и я даже успевал к институту с небольшим запасом, а тут я увидел, что полоса справа вновь освободилась — много машин уходило на дорогу, ведущую к пригородным поселкам, а полоса передо мной была свободна метров на двести. Я сбросил взгляд в правое боковое зеркало, пальцем опустил вниз рычаг указателя «поворотника», повернул руль вправо, сзади раздался рев чужого двигателя, совсем несильный толчок в корму «Ниссана» и меня уже неудержимо несет в сторону снежных валов, окромляющих проезжую часть моста. Я успеваю подумать, что хорошо, что не успел въехать на сам мост, из ноябрьской воды, не смотря на умение плавать, я вряд ли бы выбрался…
Перед глазами мелькнуло ноябрьское серо-синее, низкое небо, машина легко, как будто пушинка, перевалила снежный вал, с, затаившимся в нем, металлическим ограждением и, набирая ход, покатила вниз, в сторону стоящих в пробке, на дороге, двадцатью метрами ниже. Судя по всему, я скользил по толстому снежному насту, застывшему на склоне в прошлые снегопады, припорошенному свежим снегом, во всяком случае, машина на педаль тормоза практически не реагировала, мне оставалось только мигать дальним светом, не отпуская руки с накладки звукового сигнала. Слава Богу, машина, окруженная облаком снега, не закувыркалась с насыпи моста, а мчалась прямолинейно, что пара машин, оказавшаяся на моей траектории, шустро выехали на встречную полосу и умчались вперед. Я вцепился в руль, надеясь удержать автомобиль в свободном от чужих машин створе, меня подбросило на заснеженном тротуаре и, перелетев узкую дорогу, мой «Ниссан» ткнулся мордой в очередной снежный вал на противоположной обочине, раскорячившись поперек дороги. Через несколько секунд, которые я провел, сосредоточенно наблюдая за движением равнодушных щеток «дворников», что продолжали меланхолично сгонять с поверхности лобового стекла, падающие на него, снежные хлопья, а потом передние двери одновременно открылись.
— Пьяный, сука⁈ — здоровенный мужик в черном, крытом тулупе, сунулся в салон и выдернул ключ из замка зажигания, заглушив двигатель.
— Бля буду, мужики, не поверите — трезвый как стекло. Кто-то на мосту в зад пихнул и я, рыбкой, — к вам. — я счастливо засмеялся, откинувшись на сиденье.
— Ну ка, иди сюда. Меня попытались вытащить из-за руля в четыре руки, но чуть не задушили о натянутый ремень, пришлось орать, чтобы не тянули и дали отстегнуться.
Когда я вылез, толпа человек десять уже стояла у кормы «Ниссана», что-то внимательно рассматривая.
— Повезло тебе парень…- мне сунули в руку ключи и хлопнули по плечу. На белом, смятом пластике бампера, слева, виднелась обширная вмятина, с черными остатками чужого бампера.
— ГАИ тебе вызывать?
— А смысл? Там на верху ад кромешный, я даже не видел, кто сзади ехал, тем более, это могли и со второго ряда пихнуть. Ждать их четыре часа без всякого результата? — я подошел к, зарывшейся в снег «морде» автомобиля: — Мужики, вы лучше помогите мне машину на дорогу выпихнуть, а то мне здесь копать минут сорок, не меньше, а на «автомате» я в раскачку не вылезу.
Десять человек — сила великая. К моему удивлению, двигатель завелся, никакие тревожные лампочки не загорелись, обороты держались, десяток человек, облепивших передок «японца» терпеливо ждали моей команды.
— Давай! — крикнул я в открытое окно и народ навалился. С первого раза я не выскочил, только осыпал своих добросердечных помошников мелкой снежной взвесью, летящей во все стороны из-под буксующих по снегу, покрышек, а вот на второй раз меня вытолкнули, я встал параллельно обочины и, с замиранием сердца, выскочил к склонившимся к бамперу, озабоченным коллегам. Нда, передний бампер, тоже под замену, нижнюю часть его. Как будто, отгрыз какой-то крокодил. Я встал на четвереньки, оторвал два куска пластика, висящие на «соплях», и отбросив их в сугроб, поблагодарил начавших разбегаться по своим машинам, помощников, услышав в ответ коллективные советы выпить сегодня водки и побольше.
Безусловно, я опоздал почти на час — когда моя машина влетела на стоянку там никого не было, а в огромном здании института горело только одно окошко у входа, очевидно, в помещении охраны, дверь была заперта изнутри и на стук никто не открывал. Ну, я, приложа руку к сердцу, тоже бы не открыл, время почти одиннадцать вечера, добрый люд в это время по домам сидит.
Около полуночи. Локация — Общежитие Завода.
В нашей маленькой квартирке было пусто и темно, только засидевшийся за день дома, Демон неистово бил хвостом по стенам и совал мне в руки, зажатый в зубах, брезентовый поводок с ошейником. Судя по сухому полу у наших дверей и в маленькой прихожей, Наташа после института дома не появлялась. Я включил свет в комнате, надеясь, что возможно девчонки, Наташа с Настей, заболтались где-то возле общежития, и это послужило бы сигналом, что я появился дома, после чего отобрав у пса поводок, я открыл дверь, выпуская его гулять. Задержавшиеся жильцы дома поднимались обычно на лифте, благо он, каким-то загадочным образом, постоянно работал, обслуживая сто шестьдесят квартир без поломок и простоя, а сам, в непонятной надежде пройдя по квартире, открыв шкаф и холодильник, тоскливо вздохнул и заперев дверь, двинулся на улицу.,
Спустившись на лифте, чтобы не разминуться с Наташей, я остановился у дверей комнаты дежурной по общежитию. За запертой дверью негромко трещал, поставленный на минимальную громкость, сигнал телефонного аппарата. Но кто мог звонить сюда в ночное время, все прекрасно знают, что коменданта общежития после пяти часов на рабочем месте уже не найдешь. А вот в мою квартирку звонить вполне могли. Мой «параллельный» телефон был параллельным в прямом смысле этого слова, запитанным на ту же ячейку, что и телефон «коменды»… Мысль о том, что это может звонить Наташа, что у нее случилась беда заставил меня схватиться за дверную ручку двери в комнату коменданта, дернуть. Я вспомнил, что сам недавно укреплял этот замок, чтобы жильцы ночью не выламывали дверь и не пользовались телефоном, который я считал практически своим и дергать дверь сейчас было бесполезно, без инструмента не откроешь.
Лифт завис где-то, высоко, судя по грохоту в него грузили или выгружали пьяное бесчувственное тело. Когда я вбежал на свой этаж, телефон в нашей квартире еще звонил, но, по всемирному закону подлости он заткнулся, как только я начал открывать дверь ключом. Полчаса я ждал, гипнотизируя взглядом аппарат, несколько раз поднимал трубку, но, повторного звонка не дождался. Поняв, что ничего здесь не высижу, а где-то там, по сугробам и кустам местных дворов бегает Демон, которого надо завести домой, иначе он может резвится на улице до утра, благо погода стоит теплая, понижение температуры обещают только завтра.
Я возвращался к квартире два раза, стоило мне выйти на лестничную площадку, как в ушах начинал звучать приглушенный звук телефона, и только на второй раз я понял, что телефон звенит в телевизоре у соседей, которые, видимо, смотрели телевизионную постановку.
Выйдя из вонючего подъезда, я на миг задохнулся. Воздух был похож на бархат, небо очистилось от туч, и в темно-синей бесконечности заморгали далекие звезды.
Я залихватски свистнул во всю дурь и двинулся за угол общежития — Демон различал мой свист метров на триста, проверено экспериментами, следовательно, минут через пять эта черная гулена прибежит, из какого-нибудь, двора, в тоже время я хотел обойти дом, у еще раз убедится, что Наташа не «зацепилась языками» с той же Настей напротив нашего дома.