Князья тьмы. Пенталогия

Таково, уважаемые путешественники, краткое описание, в самых общих чертах, планеты Дар-Сай и ее обитателей. Вам этот мир может не понравиться — но его невозможно забыть». 
Герсен летел на Дар-Сай в корабле скромных размеров и непритязательного внешнего вида, под наименованием «Трепетнокрылый Фантамик». Планета даршей находилась в глубине сектора Корабля Аргонавтов, у самой границы Запределья — в той области Ойкумены, где Герсен еще никогда не бывал.
Впереди горела белая звезда — Кóра; глядя в макроскоп, Герсен уже различал два населенных мира ее системы — Метель и Дар-Сай.
В «Транспортном справочнике» Дар-Сай был удостоен следующей краткой ссылки:
«Крупнейшие населенные пункты планеты в последовательности, соответствующей их экономическому значению: Сержоз, Родник Ваббера, Динкельстон и Бельфезер. Во всех этих местах трудно договориться даже о простейшем ремонте или обслуживании космического корабля. Какие-либо правила иммиграционного или таможенного контроля не применяются; по сути дела, на Дар-Сае вообще нет централизованных органов власти. В какой-то степени правопорядок здесь поддерживается частными метленскими агентствами, охраняющими коммерческие интересы инвесторов и компаний, базирующихся на Метеле, но за пределами четырех важнейших городков метлены не оказывают почти никакого влияния. В Сержозе ближайшее к промышленным складам взлетно-посадочное поле обведено белой полосой — этот прямоугольный участок и следует рассматривать в качестве главного местного космопорта». 
С высоты в тридцать с лишним километров Сержоз выглядел как маленький ржавый механизм из мелких компонентов, затерянный в серых, розоватых и желтоватых песках. По мере того, как корабль Герсена спускался, озаренные утренними лучами Кóры очертания городка становились все более четкими — наконец стало ясно, что Сержоз представлял собой скопление зонтичных шатров, окруженных завесами воды, струившейся по краям.
Фиаско, постигшее Герсена в Рат-Эйлеанне, уже спряталось в дальнем уголке его памяти, где оно болезненно пульсировало, как незажившая язвочка. Глядя сверху на Сержоз, Герсен почувствовал, как в нем заново вспыхнул целый фейерверк эмоций: скрытность охотника, щекочущая нервы бдительность, почтительное волнение, вызванное близостью опасного хищного зверя. Местный ландшафт был словно проникнут эманациями Ленса Ларка. Сотни раз он отдыхал в прохладной тени этих слегка колеблемых ветром, ярко озаренных солнцем шатров — сотни раз, в развевающемся на ветру белом балахоне, он пересекал пустыню, разделявшую Сержоз и шатры клана Бугольдов. Возможно, даже сию минуту Ларк пировал, осушая одну кружку пива за другой, в каком-нибудь излюбленном притоне в десяти минутах ходьбы от космопорта.
На обведенном белым прямоугольником поле молчаливо стояли две дюжины космических кораблей различных моделей и различной степени изношенности. Герсен посадил «Трепетнокрылый Фантамик» поближе к блестящим струйным завесам шатров. Корабль замолчал — палуба больше не дрожала под ногами.
По местному времени уже приближался полдень. Герсен приготовился к высадке. Согласно «Иммунологическому указателю», наибольшую опасность для здоровья человека на Дар-Сае создавали перенесенные ветром споры трясинных водорослей, прораставшие в легких; Герсен уже сделал себе инъекции профилактических антибиотиков. Накинув на себя белый плащ с капюшоном, он засунул деньги и ламинированное удостоверение личности в поясную сумку, убедился в том, что все виды оружия были там, где им полагалось быть, прошел через шлюзовую камеру и спустился на песчаную поверхность Дар-Сая. Гнетущий жар немедленно опалил его лицо. Сощурившись, он почти вслепую направился к брызжущей завесе воды.
Через эту завесу навстречу вырвались четыре дарша, оседлавших рычащие четырехколесные мини-вездеходы — если надувные шары полутораметровой высоты можно назвать колесами. Они неслись с развевающимися за спиной белыми балахонами, опережая один другого и демонстрируя дерзкий «пламбош» — машины высоко подпрыгивали на неровностях, буксовали и опасно кренились. Поверх капюшонов-таббатов, почти закрывавших лица, сверкали полусферические зеркальные защитные очки, придававшие наездникам вид гигантских насекомых с белыми шлейфами. Дарши отказались заметить Герсена и почти наехали на него — пришлось поспешно отскочить в сторону. Герсен прокричал им вслед ругательство, без малейшего эффекта. Четыре вездехода умчались на север, к блестевшему на горизонте одинокому зонтичному шатру.
Герсен прошел сквозь туман распыленных струй в джунгли растительности, каскадами свисавшей с лотков, установленных штабелями высотой метров пятнадцать. Длинный проход между лотками обогнул пару полусферических складов и закончился посреди неразберихи толстостенных бетонных куполов — приплюснутых и вздувшихся, больших и маленьких, наползавших один на другой и выступавших друг из друга наростами, слипшихся, подобно грибам, скоплениями из трех, четырех, пяти или шести выпуклых сегментов. Это были так называемые «гразди» — даршские жилища, громоздкая конструкция которых, так же, как внешность и характер самих даршей, диктовалась условиями планеты. Каждую граздь окружала вьющаяся по стенам и под пологом шатра растительность; в проходах и кривых переулках бродили маленькие дети. Герсен заметил группу ожесточенно толкавшихся и боровшихся подростков — по-видимому, они играли в какой-то детский вариант хадола.
Герсен направился вдоль относительно широкого бульвара, служившего чем-то вроде главной улицы, и через некоторое время перешел из-под первого шатра под сень второго, еще более высокого и просторного, вмещавшего огромный объем прохладного воздуха.
Бульвар выходил на площадь, окруженную куполами из бетона и стекла, построенными наполовину в даршском, наполовину в общепринятом ойкуменическом стиле. В крупнейшем комплексе куполов находились банк «Чансет», инвестиционный банк «Старатель», Центральный банк Дар-Сая и пара гостиниц — «Сферинде люкс» и «Приют путешественников». Под двумя отелями расположились рестораны «Сад Сферинде» и «Сад путешественников»; напротив был третий ресторан, «Оландер». «Сад Сферинде» обслуживал клиентуру, происхождение которой Герсен не смог определить с первого взгляда. В «Саду путешественников» за столиками, беспорядочно расставленными среди деревьев цитруса, хурмы и сладкого аниса, сидели туристы, коммивояжеры, приезжие неизвестных профессий и персонал космических кораблей, а также несколько даршей в белых балахонах. В ресторане «Оландер», с другой стороны площади, ели исключительно дарши.
Самым роскошным, дорогим и, надо полагать, комфортабельным казался отель «Сферинде люкс». «Приют путешественников» — где преобладала более непринужденная атмосфера — выглядел слегка запущенным. Герсен снова рассмотрел людей, собравшихся в «Саду Сферинде». Статные, темноволосые, с чистой бледно-оливковой кожей и правильными чертами лица, они носили церемонные костюмы неизвестного Герсену покроя. Так же, как и весь отель «Сферинде», они явно не соответствовали условиям Дар-Сая. По мнению Герсена, их скорее можно было представить себе постояльцами модного курорта на далекой планете, в далеком прошлом — или в далеком будущем.
Заинтригованный, Герсен решил остановиться в отеле «Сферинде люкс». Он пересек площадь и прошел через ресторан на открытом воздухе. Сидевшие за столиками посетители прерывали беседы и смотрели ему вслед с холодным любопытством, которое трудно было назвать доброжелательным.
Герсен зашел в вестибюль, занимавший весь первый этаж под желтовато-белым, чуть выпуклым потолком. Из пруда посреди помещения росло дерево с черными сверху, оранжевыми снизу листьями; небольшие, напоминавшие птиц существа прыгали по веткам, ныряли в пруд и тут же вспархивали, мелодично насвистывая тихими, напоминающими звуки флейт голосами. Стойка регистратуры находилась в алькове сбоку; Герсен подошел к ней. Служащий отеля, молодой человек с аскетическим землистым лицом, искоса взглянул на Герсена, после чего демонстративно сосредоточил внимание на журнале, в который он заносил какие-то записи.