Иллюзия защиты (СИ)
- Давай ложись, чего стоишь? Переодеться надо?
- Ага. Ты будешь смеяться, но… мне снова нечего надеть! – тихонько засмеялась я.
- В смысле? Ты все пакеты разобрала? Цветастый такой пакет был? И в нем такое красивое ажурное белье, – Тим смеясь подошел ко мне и взялся за руки.
- Да, все было… только… это слишком для меня… я не привыкла к таким вещам…
- Ничего не слишком! У тебя должны быть такие вещи. А что не слишком, что в самый раз? – его руки добрались до моих плеч, потом пальцами стал гладить мой подбородок. В полутьме глаза его сверкали мелкими огоньками. Мы стояли у окна, воздушная занавесь, раздуваясь от ночного ветерка, окутала нас, создавая чувство нереальности, а свет настольной лампы на прикроватной тумбочке придавал уют комнате. Я почувствовала, как Тимоша расстегивает молнию на моем платье сзади, дыхание сразу сбилось. – Ш-ш-ш, ты чего так заволновалась? Моя футболка сойдет? Ну вот, сейчас…
Он стащил с меня платье, отбросил его на кровать, снял с себя футболку и натянул ее на меня. Я с удивлением посмотрела Тиму в глаза, как все просто у него! Стала водить руками по его обнаженной груди, какая нежная кожа… теплая и бархатистая… не удержалась и прикоснулась губами, потом приподнялась на цыпочки и поцеловала любимого. Тим в ответ припал к моим губам, целовал тихонько постанывая, потом вдруг отстранил меня.
- Нет, так не пойдет… забыла, что у нас гость? Да и ты не дала мне обещание.
- Какое обещание ты хочешь услышать от меня? – какие-то обещания, условия…
- Что выйдешь за меня. Мне не нужен один раз, я говорил уже. Я хочу семью с тобой создать, прожить всю жизнь бок о бок…
- Погоди! Так быстро, я… мне подумать надо, взвесить… ведь это решение повлияет не только на мою жизнь. И твою. Есть еще твои родные, Тимоша… Что они скажут, ведь калека такая обуза…
- Ты снова? Не калека, Ева! Инвалид – да, но не то слово! Почему ты так относишься к себе? – Тим присел на кровать и снова потянул меня к себе на колени. Прижал к себе, я обняла его.
- Какая разница, что калека, что инвалид? И не факт, что ты меня вылечишь… а такая я не хочу никому мешать. И так спасибо тебе, я хоть на время отвлеклась от своего горя, хоть знаю теперь, что чувствует женщина, когда любит. Я даже мечтать себе запретила о любви и семье, о детях… думала, буду работать на нашем конезаводе, родителям помогать. Представляла их старенькими, с палочкой, глухими и плохо видящими. Я бы помогала им… а вон, как вышло-то…
- Этих двух сплетниц… языки отрезать бы им! – прошипел Тим, но я уже не удивлялась, что он все знает обо мне. Спасибо Максику. Болтун! – Ладно! Представь себе ситуацию наоборот. Вот я – инвалид, ты врач, которая полюбила меня. Вот смогла бы ты прогнать меня, пройти мимо, потому что я инвалид? Даже, если бы не смогла вылечить?
- Нет! Как ты мог подумать, что я из-за… Ахх, ты опять со своими штучками, господин психолог? Снова нечестно поступаешь?! – воскликнула я вполголоса, и запустила руки в вихрастую шевелюру Тима.
- Зато ты поняла теперь, что чувствую я! А что до моих родных, то можешь быть спокойна, у них вся жизнь связана с инвалидами, отец оперировал их, мама выхаживала. Леська тоже собирается посвятить свою жизнь людям с ограниченными возможностями – учится на втором курсе в мединституте. А бабуля моя еще полгода назад собиралась приехать за тобой и насильно выдать за меня замуж, мы ее всей семьей уговаривали не вмешиваться! Она мне отсрочку дала, если сам не справлюсь с твоими сомнениями, то приедет и все в свои руки возьмет, – Тимоша весело рассмеялся, заразив и меня. Как представила бойкую старушку, которая тянет нас с Тимом в ЗАГС за руки! - И у нас в доме постоянно гости, бывшие пациенты моего отца, друзья… все инвалиды, между прочим. Ты подумай, конечно, только недолго, ладно? Скажем до послезавтра. А чтоб думалось легче, вот тебе пища для размышления - представь себе жизнь, в которой не будет меня. Хочешь такую жизнь? Лично я не представляю, как жить без тебя… это как без воздуха. Никак!
Вот и я не смогла представить такую жизнь, без Тимоши. Мы улеглись, но я еще долго переваривала все это. Уже и любимый засопел тихонько, прижимая меня к своей груди, а лекарство не действовало на взвинченные нервы, так хотелось стать здоровой и выйти за него замуж, детей родить. Даже представила мальчонку с такими же шоколадными глазами и вихрастой головкой. Но потом все-таки сон сморил меня.
50.
Когда открыла глаза, было уже светло. Тимоши рядом не оказалось. Я так сильно хотела в туалет, что мигом вскочила и нацепив тапки помчалась по нужде. А когда вышла, сделав свои дела, то сильно удивилась, потому что часы показывали двенадцатый час. Скоро полдень! Я никогда не спала так долго, понятно почему я одна дома. Все давно на работе. Вскипятила чайник, собираясь позавтракать, но решила заодно и пообедать. Странно, но есть хотелось, причем сильно. Я разогрела гречку с подливой, бросила в нее одну котлетку, но подумав добавила еще одну. А потом все с удовольствием съела!
После полудня пришла хозяйка. Сказала, что приберется и польет цветы, если я не против. Я не против, пусть польет, а уборку в домике я и сама успела сделать. Поговорили немного, потом Людмила ушла. Я решила, что все равно дождусь Тимошу ночью, позвоню ему, чтоб ехал сразу ко мне. Приготовлю вкусненькое что-нибудь своему мужчине, побалую его. Занялась готовкой. Запекла картофельный рулет с ветчиной и сыром, мама моя часто его готовила, вкусно очень и быстро. В холодильнике нашлась малина, Любаша насыпала целую литровую банку, и я решила сделать из нее вареники. Потом можно разогреть в микроволновке.
Управилась к четырем часам. А дальше нечем заняться. Присела на диван и включила телевизор. Мысли мои снова унеслись в родной дом. Как там мой Султанчик… хоть одним глазком бы на него взглянуть, погладить бархатистую черную мордашку, заглянуть в огромные карие глаза с поволокой… мой взгляд упал на бинокль. А почему нет? Я тихонько, издалека посмотрю на него в бинокль, никто и не заметит.
Через полчаса я высадилась из такси на развилке возле леса, метрах в трехстах от конюшен. С наколенником мой шаг был бодрее, я довольно быстро добралась до места и залезла в кусты на небольшом пригорке, залегла для наблюдения. Погода снова портилась, накрапывал мелкий противный дождь.
Я оделась тепло, куртка и джинсы, теплый свитерок, но лежать на влажной и прохладной земле было неуютно, а взять подстилку я, естественно, не догадалась. Натянула капюшон до самых глаз, вытащила из футляра бинокль и приготовилась подглядывать. Надеюсь меня не накажут, за то, что я взяла без спросу чужую вещь. И за то, что я здесь. Очень не хотелось злить Тима, но не могла удержаться от этой проделки.
Дождь стучал по листьям над моей головой, а затем влага, стекая по листьям, капала на мой нос. Я лежала неподвижно уже целый час, пялясь в бинокль. Ничего не происходило, будто вымерло все, ни одной живой души, ни во дворе дома, ни возле конюшен. Разочарованная я уже было собралась потихоньку вылезти из кустов и двигаться к развилке.
Меня пробирала дрожь, окоченела совсем, в животе будто ледяной ком холодил. Достала мобильник, чтобы вызвать такси. Так и не увидела я своего любимого Султанчика… Вздохнув, собралась убирать бинокль в футляр, как вдруг заметила движение возле загона с лошадьми. Я снова припала к окулярам. Это был банкир. Он стоял широко расставив ноги, ждал, когда дядя Митя выведет Султана из загона. Зачем ему это? Что он задумал? Я четко видела плетку в его руках.
Неожиданно дождь прекратился и сквозь рваные тучи проглянуло солнце. Я усмехнулась – да, хоть поприветствовало, вспомнило солнышко о своей работе! Коня привязали к коновязи, Сироткин стал ходить возле него, трогая его бока черенком плетки. Султан волновался, подпрыгивая каждый раз, как деревяшка касалась его. Я сжала руку в кулак от негодования. Вот тварь какой! Зачем мучить бедное животное? Банкир подошел к Султану спереди и ударил его по носу. Конь взвился на дыбы! Я так и подскочила, сдерживая желание бежать на выручку своему любимчику. Бедный мой малыш!