Его покорная невеста (СИ)
— Девочка моя! На кого же ты меня покидаешь! — неожиданный пассаж тетки слегка вывел меня из равновесия. Сразу же пришла мысль, что она не верит в удачный исход нашего вояжа, но на всякий случай хочет оставить у окружающих яркое впечатление от нашего прощания. — Как тяжело отправлять любимое дитя на чужбину!
От ее истеричного визга и от усилия сохранить непроницаемое выражение лица сводило скулы. Я довольно быстро избавилась от ее навязчивых объятий, наверное, впервые, применив чуть больше силы и твердости. Тетушка с обалдевшим лицом посмотрела на меня. Я никогда в ее глазах не выглядела способной к сопротивлению. Но и она до сих пор не выказывала желания излить на меня материнскую любовь. К церемонии прощания робко присоединился барон с наследником. Он сухо поцеловал меня в лоб и пожелал счастливого пути и не посрамить наш древний великий род. Майхель ограничился высокомерной ухмылкой, кивком головы, щипком за бок и презрительно-обиженным «сучка!». Пользуясь тем, что в этой какофонии никто ни на что не обращает внимания, я смогла совершенно случайно наступить ему на ногу и пройтись по тонкому узкому носку обуви своим крепким каблучком, игнорируя его тихий вскрик. Ну, вот кажется и все.
По молчаливому решению моей охраны мы вылетали прямо с домашней площадки, а после, запутывая следы и игнорируя утвержденный маршрут свадебного кортежа, доберемся до Иерона, стараясь привлекать к себе как можно меньше внимания.
В какой-то мере я должна была испытывать благодарность к императору за заботу о моей безопасности, но в голову упрямо закрадывалась мысль, что он учился на своих ошибках. И они были не единичны, учитывая его неудачи с предыдущими женитьбами. К тому же, еще непонятно, смогут ли меня защитить его телохранители.
Мне помогли забраться в легкий коптер. Один из телохранителей тут же занял место у штурвала, второй склонившись надо мной, тщательно пристегнул к креслу.
— Держитесь, — глухо прозвучал его голос, — мы облетим планету, а после, когда убедимся, что нас не поджидают, вырвемся на орбиту.
Я лишь кивнула, в этом вопросе, полностью подчиняясь профессионалу.
Кайден с прищуром смотрел на девушку, ставшую их заданием. Под маской ему не требовалось держать лицо, и теперь он изучал. Ее светлые, выгоревшие на солнце волосы, собранные в тугой пучок, бледные, плотно сжатые губы, руки, с изящными запястьями и тонкими пальцами, спокойно лежащие на коленях. Он не был уверен, какого цвета у нее глаза. В тот момент, когда он увидел ее в первый раз — взлохмаченную, закутанную в плед, домашнюю и совершенно не готовую к приему гостей, он не смог ее рассмотреть в полной мере. Но уже сейчас он понимал, что она резко отличалась от тех, предыдущих, которых он мог видеть мельком — ярких, с дерзким взглядом, умеющих себя преподнести и знающих себе цену. Кто знает, может этой пигалице повезет продержаться дольше. С их с братом помощью. Свою работу они выполнят, а дальше…
Резкий голос Горана заставил вмиг отбросить посторонние мысли. Их окружали, покинуть орбиту планеты было рискованно — девушка могла не выдержать перегрузок, к тому же непонятно, что их ждет, как только они выйдут в плотные слои атмосферы. Несколько глухих ударов показали, что нападающие не собираются церемониться.
Защита коптера действовала, Горан маневрировал, уходя от снарядов, но этого было недостаточно.
— Не пытайтесь отстегнуть ремни, пострадаете, — обратился Кайден к девушке, и привычно добрался до неприметной пушки, которой, строго говоря, было не место на таких моделях летательных аппаратов. Но, братья, реквизировав ее недавно у пиратов и немного усовершенствовав, решили не рисковать, и нашли ей место.
— А ведь кто-то знал, что мы должны оказаться практически беззащитными до того, как состыкуемся с бригом, — пронеслось у него в голове. А после он полностью сосредоточился на бое, то и дело, переговариваясь с братом. У обоих возникли подозрения, что их куда-то загоняют, и они не могли понять — зачем. Их защиту можно пробить, если только повредить генераторы, но мощности хватит на то, чтобы лавируя между атакующими истребителями, ликвидировать их большую часть и покинуть орбиту.
— 37° 0? N 10° 35? W — он мог бы ее не услышать, но ее голос донесся до него даже через наушники и взрывы снарядов.
— Помолчите! — резко бросил он. Но девушка не пожелала подчиниться.
— Мы мчимся в ловушку, — ее пальцы сжали подлокотники.
— Что вам известно? — на несколько мгновений девушка прикрыла глаза, пережидая особенно крутой вираж. Затем, с сильно побледневшим лицом, пояснила.
— В этом районе хранится использованный капий с помощью которого добывают сартор, при попадании в зону его действия генераторы выходят из строя. Это секретная информация, — спокойно пояснила девушка, но почему-то Кайдена обуяла ярость — не на нее, на себя — как они могли не узнать такой мелочи? Мелочи, которая может стоить им всем жизни?
— Горан, меняй траекторию полета! — крикнул в наушник Кайден.
Но было поздно. Несколько снарядов пробили обшивку зависшего в воздухе, лишенного силового поля корабля. Затем толчок, и резкое падение вниз.
Глава 3
Я очнулась от собственного стона. Точнее, сперва я услышала хриплый протяжный звук, и лишь потом осознала, что все еще жива, нахожусь на чьи-то руках и тихо постанываю.
— Ни звука, — меня опустили на песок, место оказалось хорошо скрыто от чужих взглядов. На рот легла рука в черной перчатке, — если хочешь жить, не кричи, не шевелись, не двигайся. Поняла?
Я машинально кивнула, отмечая, что рыцарь тишины, кто бы это ни был из двух, ранен. И ранен достаточно серьезно, учитывая его разбитый шлем, залитое кровью лицо, следы огня на одежде и броне.
Видимо, сочтя мой кивок достаточным ответом, меня тут же покинули. А дальше началось настоящее пекло. Выстрелы и звон клинков смешался с хрипом, стонами и криками. Эти крики слились для меня в один протяжный. Я зажмурилась и прикрыла уши. Казалось, что я могу оглохнуть от этих воплей умирающих людей. Но более всего я боялась того, что среди этих криков узнаю голоса своих телохранителей. Тогда мне точно не выжить.
Внезапно, я услышала тихий голос, заставивший на миг улыбнуться:
— Шанти, девочка моя ты цела? — шорох камней и песок, обрушившийся на меня сверху наглядно показали, откуда пришел мой друг.
— Мика! Как ты меня нашел?
— Следил, — признался он, и подмигнул. Так привычно, словно мы вместе сидим ночью на крыше, щелкаем орешки и мечтаем о будущем, — когда ты сообщила о своем срочном отъезде сообразил, что наши планы нужно немного подкорректировать… А тут эти.
Он бессильно развел руки, затем указал на нападающих, словно на какое-то мелкое недоразумение, которое мы вместе способны побороть.
— Спасибо! — почти всхлипнула я, видя, как Мика старается закрепиться, чтобы извлечь меня из укрытия, в любой момент готового превратиться в ловушку.
— Поблагодаришь, когда мы будем попивать сакишу где-нибудь на пляжах Флорассы, а сейчас, как я тебя учил — соберись, выбрось из головы все лишнее и хватай меня за руку.
Несколько секунд и я оказалась рядом с Микой — старым верным другом, который тут же легонько сжав мои пальцы, отступил в сторону. Чтобы я тут же оказалась перед парой заряженный арбалетов, нацеленных мне в грудь.
— Да, неожиданно, признаю, — не меняя добродушного тона, продолжил Мика.
— Почему? — отводя взгляд от арбалетов, я всматривалась в такое знакомое и любимое лицо, черты которого я знала очень хорошо.
— Жизнь за жизнь, девочка. Моя для меня оказалась дороже. Прости.
Мика пожал плечами.
— Лис, отошел от девки, — со стороны арбалетов донесся четкий приказ.
— Я еще не получил, что мне обещали, — бесстрашно настоял тот, кого только что назвали Лисом.
— Скоро получишь, — как-то мерзко усмехнулся один из убийц, — только отсекать ей руку и выкалывать глаз будешь сам.
И словно поясняя специально для меня, убийца продолжал: