"Фантастика 2024-143". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)
Я испугалась и разорвала связь.
Во рту было кисло и солоно.
– Мы их убили, – прошептала я. На душе скреблись шрахи.
– Убили, – покорно согласился Тейт.
Лицо у него стало наполовину алым. Он набрал горсть влажного, но всё ещё чистого снега и принялся яростно оттираться – щёки, лоб, даже волосы. Я тряхнула головой, с трудом встала и на одних рефлексах поплелась к озерцу, уже почти успокоившемуся.
Оно было… такое свежее.
По тёмной поверхности всё ещё расходились слабые волны, но отражение оказалось удивительно чётким.
– Красное, – пробормотала я, прикасаясь к щеке. Пальцы прилипали. – Всё такое красное, Тейт.
– Выберемся – искупаемся, – откликнулся он тихо. – Ты как?
– Живая.
Почему-то мой ответ показался нам обоим жутко смешным. Я хохотала, как сумасшедшая, свернувшись в клубок, вжавшись лицом в повлажневшую, заляпанную кровью ткань. Белые одежды, которые одолжила мне Лиора, стали красными, как драгоценные костюмы, в которые норовил облачить меня мастер, рыжий… да все вокруг, с самого начала. Точно знали, что дело кончится этим.
Если ты слишком слабая, чтобы избежать боя, но достаточно сильная, чтобы не умереть, то твой единственный цвет – красный.
Интересно, Тейт поэтому носит такие шарфы?..
– Чтобы не забывать, – сказал он, отводя взгляд. То ли уловил вопрос через купол, то ли догадался – поди пойми. – Помнить вообще полезно.
Я наскоро поплескала себе в лицо водой, кое-как оттёрла руки и подползла к нему. Рыжий обнял меня и позволил уткнуться ему в плечо. Двигаться не хотелось. Даже когда в туннеле послышались лёгкие шаги и в проёме появился Лао, я с трудом заставила себя повернуть голову.
– Вижу, вы тут справились, – певуче произнёс он и ободряюще улыбнулся. Итасэ был у него на руках, без сознания, кое-как укутанный в чужой балахон, но определённо живой и здоровый. – Трудно пришлось?
– Полегче, чем тебе, – хмыкнул Тейт и вдруг насторожился: – Слушай, а почему так тихо?
Лао запрокинул голову, вглядываясь в голубое небо; солнечные лучи полосами ложились на лицо, точно подсвечивая его изнутри.
– Конечно, я могу ошибаться, – легкомысленно произнёс он. – Но, думаю, это потому, что Ригуми Шаа закончил. Мы победили.
«Мы победили».
Я выдохнула и улыбнулась Тейту в плечо.
Звучит не так уж плохо.
Глава 22. По касательной
Совокупность идеальных представлений о маге и ученике; совершенно невыносим на расстоянии ближе пятнадцати шагов.
Если входили в пещеры мы скрытно, как диверсанты, то выбирались с какой-то ошеломляющей наглостью – неторопливо и шумно, ровно тем же путём, что и пришли.
Самое удивительное, что единственный маг-свободный, который попался на пути, в бой вступать не стал и ретировался прямо в стену.
Я с трудом передвигала ноги, и рыжий буквально тащил меня на себе. Он болтал без умолку и время от времени сносил углы, когда ударом кулака, когда пинком. Лао отставал на несколько шагов – то ли прикрывал от вероятных врагов, то ли развлекался, разглядывая нас. И – сначала показалось даже, что это обман слуха – тихонько мурлыкал под нос песенку о сияющих сокровищах на дне чёрного-чёрного океана. А вскоре я поймала себя на том, что подпеваю. Маразм и локальный конец света какой-то…
Но чувство эйфории схлынуло, как только мы вышли в долину. Не знаю, что произошло, но там не осталось камня на камне в самом что ни есть прямом смысле. Относительно ровная прежде «чаша» напоминала теперь заброшенную стройку. Прямо в центре вырос целый лес ноздреватых игл-шпилей высотой в пятидесятиэтажный небоскрёб. Дальний склон покрылся пыльно-зелёной травой, густой настолько, что издали она была похожа на мох. Чуть левее в скалах появились огромные тоннели, в каждом из которых без труда пролетел бы пассажирский лайнер, а прямо у нас под ногами раскинулось льдисто-голубое озеро, на дне которого скользили подозрительные гибкие тени, судя по повадкам – хищные. Мне это казалось даже красивым, пока на глаза не попалось тело молодой женщины, плавно покачивающееся на слабых волнах. Оно было ноздреватым, точно изгрызенным.
Я сглотнула и уткнулась Тейту в плечо.
– Никогда не привыкну…
– И не надо, – произнёс он так же тихо. – К смерти может привыкнуть только мёртвый.
К пейзажам, наверное, лучше не присматриваться. Надеюсь, что из наших никто не пострадал.
Однако долго волноваться не пришлось. Ригуми обнаружился почти сразу – на каменном «грибе» напротив скальной террасы, на которой собралась целая толпа, человек двадцать, все ярко одетые, но удивительно тихие. Около мастера тоже стояли люди, кажется, трое, и ещё кто-то лежал.
Гм… А мы точно победили?
– Интересно, что они делают, – произнесла я вслух растерянно, щурясь против солнца. – Больше похоже на перемирие, чем… – и я осеклась.
Попробовать раскинуть купол? Нет, опасно, и так нагрузки слишком большие. Когда поближе подберусь, тогда можно об этом подумать.
– Разговаривают, – безмятежно ответил Лао откуда-то из-за плеча. – Никому и никогда не нужны войны на уничтожение. Однако враги способны услышать друг друга лишь тогда, когда им в равной мере угрожают потери… те, с которыми не смириться. И все разговоры заканчиваются, когда один способен раздавить другого и уйти невредимым. Улыбнись, Трикси, – сказал он вдруг легко и певуче. – Мы пришли за Итасэ и вернули его. Какой ещё победы ты хочешь?
– Подумаю об этом, когда мы выберемся отсюда, – слабо улыбнулась я, и Лао музыкально рассмеялся:
– Мудрое решение.
А потом наше копошение на скале наконец-то привлекло внимание мастера. Он вдруг обернулся всем телом, неловко, как подросток, и от каменного гриба вытянулся бледно-розовый мерцающий мост. Переливы цвета завораживали; я, кажется, ненадолго выпала из реальности, пока рыжий не прошипел мне на ухо: «Трикси, шевелись!»
Чем ближе мы подходили, тем яснее становилось, что лёгким испугом команда номер два не отделалась. Рядом с мастером стояли Айка и Маронг – справа и слева, на равном расстоянии, точно стража, напряжённые и готовые в любую секунду атаковать. Точнее, драться до последней капли крови собиралась только девчонка. А Маронг… С ним было сложнее; на поверхности сознания промелькнуло сложное намерение – защитить и обмануть одновременно.
Лао глубоко вдохнул, глядя на эту троицу, и глаза у него широко распахнулись:
«Кровь, алая кровь».
От напевных, ласкающих ментальный слух мыслей меня пробрало ознобом; а на рукаве у Ригуми Шаа действительно темнело какое-то пятно, совсем свежее.
На полшага впереди остальных, на фоне дрожащего марева Диккери приплясывала на месте и говорила очень эмоционально; к сожалению, издали не получалось разобрать ни слова. Лиора неподвижно лежала на каменной поверхности, окружённая бледно-лиловым куполом, а Кагечи Ро, усевшись между ней и остальными, чудил с какими-то ёмкостями. В тот момент он удивительно напоминал злого колдуна из сказки – такой же мрачный, сосредоточенный, загадочный и творящий некую непостижимую ерунду. Фиолетовые манипуляторы колыхались над его плечами, как зачарованные змеи, иногда касаясь спины Ригуми Шаа.
– А это что за фаркан? – пробормотал Тейт, сощурившись; я перевела взгляд на скалу – и споткнулась на ровном месте.
Между Диккери и свободными находился ещё один человек.
Точнее сказать, один человек и добрый десяток химер – неподвижных, полупрозрачных, окраской похожих на Шекки в состоянии полумаскировки. Издали их действительно можно было принять за жаркое марево или игру света и тени.
У меня промелькнула дикая мысль: «Неужели это и есть Пайн?»
Купол я развернула прежде, чем вспомнила о переутомлении и чудной перспективе перегореть к шраху.
– Предлагаю обменять спорный материал к всеобщему удовольствию.
Среди свободных был телепат, слегка искажающий фон. Агрессивное воздействие или глубокое прослушивание я бы уже не потянула, но вот считывать поверхностные мысли по-прежнему могла… Уже неплохо, здорово облегчает понимание. Диккери как раз умолкла, и слово взял маг, который считал себя лидером. Несколько его приятелей могли бы возразить, но сейчас они помалкивали, потому что привлекать и так слишком пристальное внимание Ригуми Шаа не хотел никто.