"Фантастика 2023-160". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

Хотя, конечно, с Найром было интересно.
Как раз на рассвете четвертого дня, должно быть, уже слегка подвинувшись башкой от скуки, я дошел до того, что произнес эту фразу вслух – и почти не удивился, когда до боли знакомый насмешливый голос в ответ произнес:
– Благодарю за комплимент, мистер Валлентайн.
Найр
– Благодарю за комплимент, мистер Валлентайн, – сказал я.
Лежавший на кровати великан подпрыгнул, едва не пробив при этом потолок, к моему вящему сожалению, ибо создателя «украшавшей» упомянутую противоположность пола стоило бы четвертовать в момент появления на свет. Или колесовать, в зависимости от пристрастий судьи. Мои же пристрастия дружно заявляли, что существо с подобными… склонностями к неортодоксальным цветовым решениям должно быть удалено как можно более жутко – так, чтобы память об этом сохранилась в веках и отвращала безумцев, рискующих мыслить о подобном.
– М-мистер Вайт… – запинаясь, выпалил он.
– Теперь уже мистер Найр, – заметил я, падая в кресло. – Или коммодор Найр, это уж как вы, второй лейтенант Валлентайн, сочтете более правильным.
– Л-лейтенант?
– Поскольку, – улыбнулся я, – вы с бригадир-лейтенантом так и не удостоили своим присутствием церемонию раздачи сребреников, то, – лист гербовой бумаги на миг завис над головой великана, а затем спланировал ему на колени, – я счел разумным захватить и ваши плюшки… для передачи по адресу. Первый принцип драу: дают – бери, не дают – отбери. К слову, церемония мне весьма понравилась: скромно, можно сказать, камерно, но со вкусом. Речь президента была хороша… прочувствована, в какой-то момент даже я почти поверил, что ему и в самом деле ничего не известно. Надо будет узнать, нет ли у нас общей родни с мистером Лин…
– Т-ты!
Наконец-то сумевший приподнять веко гном явно не желал видеть во мне нечто большее, чем порождение спиртосодержащих напитков.
– К-какого…
Пятью минутами ранее, осматривая комнату, я зафиксировал двадцать одну явно пустую бутылку и лишь один-единственный наполовину опустошенный сосуд – присущая гномам расчетливость побудила Торка оставить ее на середине огромного стола, то есть вне пределов досягаемости пьяного себя. Именно этот сосуд я сейчас и перевернул горлышком вниз, после чего с удовольствием проследил, как темнокрасное пятно расползается по ковру… бухарскому – шестнадцатый век или хороший новодел «по мотивам».
– К-какого… во имя задницы Траллы, зачем ты приперся?
– Вы никогда не читали воспоминаний Леголаса, бригадир-лейтенант? – нарочито вежливо спросил я. – Да… судя по вашему искреннему изумлению, вы о них даже не слышали. А между тем прелюбопытнейшее чтение. Одно название чего стоит: «Эльф и гном – это нормально!». Полного текста, увы, мне пока не встречалось, да и вообще единственный упоминающий о них источник – это исследование одного соотечественника Рысьева, посвященное мемуарам участников той войны… но цитаты, приводимые им, заставляют совершенно по-иному взглянуть на…
– Тебя придушить? – на удивление трезво звучащим голосом осведомился гном. – Или предпочтешь бой на топорах?
– Бой на топорах с гномом? Разве такой бой можно назвать честным?
– А разве бой с драу вообще может быть честным? – Гном уже сполз на пол со своего спального кресла и теперь, горделиво выпятив бороду, с вызовом глядел на меня. Бедняга… он и не подозревал, что по-прежнему обернутые вокруг него ярды кричаще-желтого шелкового покрывала придают ему сходство… ну, если пытаться быть вежливым, то с попугаем.
– Может, – кивнул я, – если это бой с другим темным эльфом.
– Говори, зачем пришел, – и уматывай! – процедил Торк.
– Как невежливо. – Я даже не стал изображать попытку встать. – Вот уж чего не ожидал от визита к старому другу…
– Другу?! – Глядя на выпученные глаза бригадир-лейтенанта, я решил в дальнейшем разговоре быть немного снисходительней к гному. Три дня тихушной пьянки…
– Среди людей принято считать, что совместно перенесенные тяготы сближают.
 
– Кзбгрым [269]!
Недружелюбно, точнее, очень недружелюбно поглядывая в мою сторону, гном прошаркал в угол… со сдавленным проклятьем пнул выстроенную там батарею так, что две бутылки разлетелись на осколки… тогда как остальные девятнадцать со звоном раскатились по комнате в целом виде. Данный акт вандализма, впрочем, либо улучшил самочувствие гнома, либо просто поднял ему настроение – в сторону ванной комнаты Торк удалялся, практически не шатаясь.
– На самом деле, – дождавшись, пока гном сотрясет стены захлопываемой дверью, прошептал Тимоти, – я даже рад, что…
Валлентайн осекся, настороженно вслушиваясь в донесшийся со стороны ванной грохот.
– Все в порядке, – успокаивающе произнес я. – Наш друг всего лишь попытался перевернуть ванну.
– А…
– А вот теперь, – констатировал я, дождавшись окончания второй серии лязга, грохота и воззваний к большей части гномьего пантеона, – ему это удалось.
– Да, – вздохнул Тимоти, – в общем-то, мистер Найр, именно поэтому я и рад, что вы пришли.
– Темный эльф как средство вывода гнома из депрессивного запоя? – Я приподнял бровь. – Что ж…
Вернувшийся из ванны гном выглядел очень мокрым и чем-то довольным.
– Ну, – запрыгивая на кресло, почти дружелюбно пробурчал он, – выкладывай, с какой гадостью пожаловал?
– Вообще-то, – начал я, – меня привел сюда интерес к вашему самочувствию.
– Я здоров.
– Вы уверены? – уточнил я спустя пять минут, когда стало ясно, что никакого продолжения от гнома не последует.
– Уверен! – проворчал Торк. – И нечего зыркать на эти… да, я пил. Имею право. Полное. И что с того.
– Право, вы, бригадир-лейтенант, разумеется, имеете, – вкрадчиво произнес я. – Полное или не очень… а вот как обстоит дело с поводом?
– Скажешь, у меня нет повода?!
– Скажу.
Этот ответ на некоторое время поставил гнома в тупик. Выбраться из него самостоятельно Торк не сумел.
– Ну а что, по-твоему, с нами произошло? – резко спросил он.
– Особенного – ровным счетом ничего, – достав из рукава пилочку, я начал подравнивать ноготь на мизинце правой руки. – Не уверен, что сумею подобрать верный термин в Старой Речи, но если прибегнуть к помощи человеческих вульгаризмов… – я сделал паузу на любование результатом и перешел к указательному на той же руке, – то можно сказать, что нас попросту поимели.
– Хорошее выражение, – согласился гном. – Очень точно передает оттенки. Подставили, ну или, к примеру, использовали в данном случае не настолько хорошо.
– И?
– Что "и"? – не понял гном.
– И где повод к упиению?
Медленно подняв голову, Торк посмотрел мне в глаза. Очень искренние. Очень наивные.
– То есть, – хрипло спросил он, – это, по-твоему, не повод?
– Вообще-то, – улыбнулся я, – мы все появились на свет именно в результате подобного действия. И появившись, немедленно влились в общий круговорот… упомянутого процесса. Собственно, бригадир-лейтенант, это и есть жизнь: кто-то – нас, кого-то – мы.
Судя по раздувающимся ноздрям, гном и в этот раз не был готов к правильному восприятию догм идеалектического деструктивизма. Однако сообщить об этом он не успел, отвлекшись на робкое постукивание в дверь номера.
– Не рано ли для завтрака?
– Рано, – вполголоса отозвался гном. – Вдобавок я специально проинструктировал слуг заранее… – не договорив, он сполз с кресла и, крадучись, благо ковер даже похмельному гному позволял совершать это действие с некой долей успешности, направился к двери.
Вздохнув, я обернулся к Тимоти.
– Мистер Валлентайн, не могли бы вы открыть дверь?
Торк застыл. Валлентайн – тоже.
– Видимо, я не совсем четко сформулировал. Мистер Валлентайн, не могли бы вы открыть дверь, втащить в номер того, кто за ней стоит, и затем снова запереть ее?
Это заклинание подействовало сразу.